Исповедь и сомнения

Что делать, если я все время сомневаюсь, не совершил ли я грех, и не уверен, что правильно исповедовался?

Что делать, когда мы сомневаемся, совершили мы или нет определенный грех?

Если мы сомневаемся в том, был ли наш поступок грехом, то мы не обязаны говорить о нем на Исповеди. Еще Тридентский собор предписал исповедоваться в грехах, которые мы осознаем (и подразумевается именно уверенность, поскольку осознание означает не мнение, а окончательное суждение). Тем не менее, поскольку ситуация сомнения сама по себе является неясной, верующий призван спрашивать совета о том, допустим или нет тот или иной поступок.

Если же мы сомневаемся, был ли наш грех тяжким или был ли он нами исповедан, то в таком случае, как утверждают многие специалисты по нравственному богословию, необязательно в нем каяться. Вот что пишет об этом святой Фома Аквинский: «Если кто-то сомневается в том, является ли смертным его грех, то он обязан исповедовать его, пока находится в сомнении. Тем не менее он не должен упоминать о том, что его грех – смертный, но излагать в форме сомнения, оставляя все на суд священника». И в любом случае в такой ситуации нужно следовать аксиоме: «Lex dubia non obligat» — «сомнительное право не обязывает». Такого принципа придерживаются многие богословы.

Что касается навязчивых мыслей о неправильности совершенной Исповеди, – нужно постараться не обращать на них внимания (разумеется, после искренней беседы с исповедником). Эти одержимые мысли происходят от лукавого, который не хочет, чтобы мы радовались дарам Господа.

Приведем здесь несколько фрагментов из сочинений святой Екатерины Сиенской, Учителя Церкви: «Итак, не бойтесь, дорогой мой брат, когда вы видите, что дьявол, намереваясь помешать покою и терпению вашего сердца и вашей души, наводит уныние и мрак на вашу душу, вселяя в нее множество фантазий и мыслей. Иногда вам покажется, что тело хочет быть непослушным духу. Или даже дух богохульства захочет осквернить ваше сердце через разные другие борения. Не бойтесь: душа не должна печалиться ни из-за какой борьбы».

И еще: «Смятению, вносимому дьяволом, душа пусть ответит: «Если бы не было во мне Божественной благодати, то не было бы и доброй воли, и я последовала бы за твоими хитростями и за моими извращенными фантазиями. Но я уповаю на Господа Нашего Иисуса Христа, который сохранит меня до последнего мгновения моей жизни»».

И еще – замечательные слова святой Екатерины: «И если не можете сделать ничего другого, то по крайней мере встаньте у креста и скажите: «Иисусе, Иисусе»… Утешьтесь в святой и доброй воле и не вникайте в ваши фантазии. Думайте о том, что благость Бога позволяет бесам досаждать душе, чтобы смирить нас и дать признать Его благость, чтобы мы прибегали к Нему и укрывались в Его сладчайших язвах, как дитя прибегает к матери».

А вот учение святой Екатерины Сиенской о том, «Как победить страх плохой Исповеди». Вот что она пишет: «Иногда душа искренне исповедует свои грехи, ничего специально не замалчивая. Но чтобы смутить душу, чтобы она не стяжала с пылкостью сердца плоды исповеди, дьявол хочет внушить ей, что она плохо исповедовала свои грехи, и говорит: «Ты не все сказала; а те, о которых сказала, не описала так, как нужно». И множество других мыслей и смущений посылает он той душе. И если душа не поднимается с рассудительностью и доверием, то она пребывает в теплохладности, внутренней тревоге и во мраке. Она связывает себе руки святого желания и заключает его в узы смятения, как мы уже сказали. Она теряет радость и становится нестерпимой для себя самой. Есть ли средство, чтобы не впасть в отчаяние? Нет иного средства, чем свет веры, который, побуждая ее опомниться, показывает, что она не оставила добровольно и коварно на совести какой-либо яд вины, не извергнув его на Исповеди. Да, пусть она признается, что сказала о своих грехах несовершенным образом, что не представила их во всей серьезности. Но пусть она помнит, что Исповедь должна быть приправлена упованием на Кровь Христову, надеждой на то, что недостающее ей восполнит эта Кровь. Еще одно средство, на которое нужно взирать при свете веры, — это мысль о том, как мы невыразимо возлюблены Богом. Его любовь не презирает свидетельство доброй совести, как не допускает она того, чтобы в душе осталось что-то, Его оскорбляющее. С этой верой, любовью и надеждой человек да погрузится в милосердие Бога. Пусть он оставит всякую мысль о себе, но думает только о милосердии Бога, полученном и постоянно получаемом. И если борьба и назойливость вернется, пусть он отбросит их назад — то из них, что его смущает, — и держит перед собой то, что смиряет и позволяет лучше познать себя: производя плоды истинной и совершенной надежды и уверенность в том, что страдания и путь креста более угодны Богу, нежели что-либо другое. И так плоды Его Крови будут еще более обильны».

Радио Ватикана

для друку для друку